Высказывания о Чеченцах в разные времена - часть 2

Главная - Все главы Книги - Высказывания о Чеченцах в разные времена - часть 2

Высказывания о Чеченцах в разные времена - часть 2

Чеченцы: кто они? 13:46 02/12/2005
Обозреватель «РИА Новости» Татьяна Синицына.

Чеченцы уверены, что самые глубокие их корни исторически тянутся к Шумерскому царству (30-й век до н.э.).

Они считают себя также потомками древних урартийцев (9-6 вв до н.э.).

Во всяком случае, расшифрованная клинопись двух этих цивилизаций указывает на то, что в Чеченском языке сохранилось немало аутентичных слов. (на самом деле, говоря современным языком, это были так называемые Чеченские Диаспоры. прим. автора.)

Сложилось так, что в течение всей истории у Чеченцев не было своего государства.

До сих пор по кавказским вершинам разбросаны сотни древних крепостных башен, выложенных из дробленого камня.

Отсюда наблюдали за врагом, и, заметив его, зажигали костры, дым от которых был сигналом об опасности.

Постоянное ожидание набегов, необходимость всегда быть в полной боевой готовности, конечно, милитаризировали сознание, но и воспитывали отвагу, презрение к смерти.

В битвах даже одна сабля играла большую роль, поэтому каждый мальчик с пеленок воспитывался жестко и сурово, как будущий воин.

По словам ученого-этнолога Галины Заурбековой, матери четырех детей, и по сей день Чеченская этика запрещает ласкать, баловать детей, потакать их капризам.

И сегодня у колыбелей традиционно поются старинные песни, восхваляющие воинскую доблесть, отвагу, доброго коня, хорошее оружие.


Самая высокая вершина Восточного Кавказа - гора Теболус-Мта, поднявшаяся на 4512 метров. Восхождение Чеченского народа к этой горе, героические битвы с преследовавшим врагом – тема многих старинных поверий.

Чеченские тейпы, представляют собой соединенные группы семейств, каждую из которых возглавляет старейший из тейпа.

Наиболее почитаемы и уважаемы корневые, древние тейпы, другие, имеющие короткую родословную, образовавшиеся в результате миграционных процессов, называют «младшими».

Сегодня в Чечне насчитывается 63 тейпа. Чеченская пословица гласит:

«Тейп – крепость адата», то есть, традиционных правил и установлений жизни Чеченского общества (адат). Но тейп защищает не только установленные веками обычаи, но и каждого своего члена.

Жизнь в горах определила весь круг общественных отношений. Чеченцы перешли от земледелия к скотоводству, был исключен принцип ленного хозяйствования, когда можно нанимать работников, и это заставляло трудиться каждого.

Исчезли предпосылки для развития феодального государства, потребность в иерархии. Процветала так называемая горская демократия, где все были равны, но законы которой, нельзя подвергать сомнению.

А если вдруг появлялись «птицы другого оперения» - их просто выдавливали из общин – уходи, коли не нравится! Покидая свой клан, «изгои» попадали в пределы других народов, ассимилировались.

Дух горской свободы и демократии превращал в культ чувство личного достоинства. На этой основе и сформировался Чеченский менталитет.

Слова, которыми Чеченцы исстари приветствуют друг друга, отражают дух личной независимости – «Приходи свободным!». Другое устойчивое выражение - «Трудно быть Чеченцем».

Наверно, нелегко. Хотя бы потому, что гордая, свободолюбивая сущность личности Чеченца буквально заковывается в «железные доспехи» адата - норм права, возведенных в обычай. Не соблюдающему адат – позор, презрение, гибель.

Обычаев много, но в центре – кодекс мужской Чести «Къонахалла», объединяющий правила поведения для мужчин, направленные на поощрение храбрости, благородства, чести, хладнокровия.

Согласно кодексу, Чеченец должен быть уступчивым – горные дороги узки. Он должен уметь строить отношения с людьми, ни в коем случае не демонстрируя своего превосходства.

Если сидящий верхом на коне встречается с пешим - он должен первым поздороваться. Если же встречный – старик, то наездник должен сойти с коня и только потом поприветствовать его.

Мужчине запрещается «проигрывать» в любой жизненной ситуации, оказываться в недостойном, смешном положении.

Чеченцы нравственно боятся оскорбления. Причем, не только личного, но и оскорбления своей семьи, тейпа, несоблюдения правил адата.

Если член тейпа серьезно опозорится, то жизни ему нет, община отвернется от него.

«Я боюсь позора, и поэтому я всегда осторожен», - говорит горец - попутчик поэта Александра Пушкина в его путешествии в Арзрум.

И в наше время внутренний и внешний стражи поведения заставляют Чеченца быть в обществе предельно собранным, сдержанным, молчаливым, вежливым.

В адате есть замечательные, достойные правила. Например, куначество, (побратимство), готовность к взаимопомощи - всем миром строят дом тому, у кого его нет. Или - гостеприимство: даже враг, переступивший порог дома, получит кров, хлеб, защиту. А что уж говорить о друзьях!


Чеченец никогда не пустит женщину впереди себя – ее надо оберегать, на горной дороге много опасностей – обвал или дикий зверь. К тому же, со спины Чеченцы не стреляют.

Женщины играют особую роль в горском этикете. Они, прежде всего, хранительницы очага. В древние времена эта метафора имела прямой смысл:

женщины отвечали за то, чтобы в очаге всегда горел огонь, на котором готовилась пища. Теперь, конечно, это выражение имеет переносный, но все же очень глубокий, смысл.

До сих пор самым страшным проклятием у Чеченцев считаются слова «Чтобы огонь погас в твоем очаге!».

Чеченские семьи очень крепкие, адат этому способствует. Формат, стиль жизни стабилен и предопределен. Муж никогда не влезает в домашние дела, это – безраздельная сфера женщины.

Неуважительно относиться к женщине, тем более – унижать, бить ее – недопустимо, невозможно. Но если жена все же довела своим характером, поведением, муж может очень просто развестись, сказав трижды: «Ты мне больше не жена».

Развод неминуем и в том случае, если жена неуважительно относится к родственникам мужа.

Любые «прекрасные безумства» адат запрещает Чеченцу, но они все же отваживаются, например, красть невест.

В старину, по словам Галины Заурбековой, девушек крали, чаще всего, потому, что семья отказывала жениху, оскорбляя таким образом его личное достоинство. Тогда он сам восстанавливал честь - похищал девушку и делал ее женой.

В другом случае причиной краж девушек было отсутствие денег на калым (выкуп), который платится родителям. Но случалось, конечно, что просто взыгрывала сердечная страсть.

Как бы то ни было, «точка» в таком деле ставилась двумя способами: либо похитителя прощали и играли свадьбу, либо он до конца жизни преследовался кровной местью.

Сегодня обычай «умыкание невесты» носит, скорее, романтический оттенок. Как правило, он совершается по обоюдному сговору, являясь частью свадебного ритуала.

Свадьба – один из самых больших праздников у Чеченцев. Ее процедура почти не претерпела изменений. Гуляние продолжается три дня и вечерами обязательно заканчивается танцами.

Чеченский танец - необыкновенно темпераментен и грациозен. У этого небольшого народа в ХХ веке была счастливая возможность показать красоту своего национального танца всему миру: великому танцору и «Чеченскому Рыцарю» Махмуду Эсамбаеву рукоплескали во всех странах.

В пластику, смысл Чеченского танца заложены мотивы главных этических и эстетических ценностей: мужчины - смелы и горды, женщины - скромны и прекрасны.


Культура и общество: Над чем смеются Чеченцы?

Простая улыбка подчас может сделать больше, чем пушки, гранаты и даже дипломатия. Если бы только увидеть эту улыбку во время разрыва снарядов!

Ведь нельзя же быть врагами, когда вместе смеешься! Но для этого надо знать, над чем смеются люди по ту сторону фронта.

Сегодня это Чеченцы. Над чем смеются чеченцы?

Статья крупнейшего ученого, этнолога, специалиста по истории народов Кавказа Яна Чеснова.

Михаил Михайлович Бахтин в книге о Франсуа Рабле открыл, что смеховое начало укоренено в народной культуре. И тем самым в сущности человека.

Считается, что дети смеются уже на сороковой день после рождения. А почему? Потому что они радуются и этим смехом присутствуют в мире. Народы тоже в чем-то дети. Их смех незлобив и всех нас примиряет.

Таков смех и Чеченцев.

Обозначив эту тему, я вдруг призадумался, как писать о смехе, когда народ гибнет, идет война. И, наверное, половина всех Чеченцев беженцы, без дома, работы и средств к существованию.

До смеха ли? Но как переломить ситуацию? Как заставить посмотреть на Чеченцев как на людей, а не как на бандитов?

Я выбрал смех. Потому что в Чечне смеются все.

Недаром суровый Шамиль сто пятьдесят лет назад говорил о своем знании языков: Кроме арабского я знаю три языка: Аварский, Кумыкский и Чеченский. С Аварским я иду в бой, на Кумыкском изъясняюсь с женщинами, на Чеченском шучу?.

Шутка Чеченцев понятная всем и никому не в ущерб. Это и есть, пожалуй, очень важная, этнологическая, если хотите, черта Чеченской культуры: здесь нет смеха, унижающего достоинство человека, смеха-издевательства.

Смех у Чеченцев, скорее, самоирония.

О том, что смех не должен переходить в насмешку, предупреждает пословица: Шутка начало ссоры.

Ну а если уж сам оплошал и попался на язык зубоскала, то обижаться нельзя ни в коей мере, это позорно. И опять пословица предупреждает: Только раб может обижаться?

Очень точно написал сто лет назад Николай Семенов, хорошо знавший обычаи народа: Чеченцы смеются вообще хорошо и много?

Видно, эта черта их нрава раздражала завоевателя Тимура еще в XV веке. Есть у Чеченцев предание, что он приказал отнять у них музыкальные инструменты (дечик пандыры), ведь музыка и смех часто дополняют друг друга.

В старину по Чеченским селам ходили компании скоморохов (джухургов), канатоходцев и других полупрофессиональных артистов и смешили, веселили людей.

В каждом селе и по сию пору есть остряк, опаснее которого может быть только языкастая джеро (вдова или разведенка). А просто балагуров хоть отбавляй и сегодня.

Смешные анекдоты и короткие истории у Чеченцев существуют сами по себе или же бывают соединены в циклы.

Героями этих повествований тогда становятся Молла-Несарт (тот же знаменитый Ходжа Насреддин), Цаген. От них не отстает некий Чора из горного чаберлоевского села Дая.

Наверно, этот Чора был действительно остроумным и смелым человеком, приводившим в бешенство царского пристава, а потом уже народ связал с его именем и другие забавные истории.

Подобные, по-своему выдающиеся личности живут и в наше время. Иногда это пожилые люди, знатоки арабской литературы, муллы.

Высокое знание не изолирует их от людей, напротив, открывает ум и сердце навстречу парадоксам жизни. Ум, усмешка, окрашенные добротой, становятся и мудростью.

Некогда существовала такая форма обычного права: если обвиняемый на суде заставит судью рассмеяться, он считается оправданным.


Между прочим, именно юридический юмор составляет заметную черту Чеченского менталитета. Вот примеры.

Один мудрец утверждал: Лучше иметь соседа богатого. Спрашивают: Почему? Мудрец отвечает: Если он окажется добрым, то это клад, а если не добрым, то по крайней мере красть не будет.

Иногда этого мудреца не называют по имени, но чаще называют. Это прадед фамилии Махаджиевых по имени Джаад. Вот другая история, связанная с Джаадом.

Говорят, что он был запаслив. Один человек пришел попросить у Джаада в долг деньги. Джаад сказал, поищи под этим ковром. Человек нашел, поблагодарил и ушел.

Прошло много времени, и этот человек снова пришел попросить деньги в долг у Джаада. Говорят Джаад снова велел ему поискать деньги под ковром. Но поиски не дали результатов, и человек сказал, здесь нет денег.

Тогда говорят Джаад сказал: Честное слово они были бы там, если бы ты как и обещал, вовремя положил бы их туда.


По всей Чечне своей мудростью в 1920-1930-е годы славился Доша из Урус-Мартана.

Однажды пришел к нему молодой человек в оборванной одежде и в синяках. Он рассказал, что в селе Дуба-юрт он украл лошадь. Его догнали, отобрали лошадь и избили, а потом спросили: Чей ты сын?

Молодой человек сообщает Доше, что он заявил, что он его Доши сын.

Доша понял, что надо ехать и снять пятно со своей Чести, ведь лошадь украл вовсе не его сын. Он просит молодого человека помочь ему запрячь лошадь. Тот отказывается.

Доша говорит: Я же по твоему делу спешу. И в ответ слышит: Нет Доша, это уже твое дело.


Иногда мудрые суждения по поводу глупого вопроса или ответа принадлежат мулле, а иногда обычному грешному человеку.

Вот примеры: Ва, мулла, если я сожгу арбу табаку, снизойдет ли на меня милость Бога? - спрашивает Чора.

Обязательно снизойдет, отвечает мулла, думая, что Чора решил бороться с зельем.

Клянусь Богом, говорит Чора, я искурил не меньше арбы табаку, а милости так и не дождался.


Еще один случай.

Лысый человек спрашивает у муллы: После смерти что будет с моей лысой головой?

Будет золотой! - отвечает мулла.

Спрашивающий восклицает со вздохом: Так никогда и не станет нормальной!


Посмотрим же на стариковский юмор. В этой категории выдающееся место у Чеченцев занимает юмор умирающих или юмор в отношении умирающих.

Вот у мелхов в Бамуте мне пришлось услышать такую шутку. К умирающему старику пришли его товарищи и сказали: Как жалко, что такой человек в постели умирает, а не в бою!


Жили два брата. Состарились. Один из них, старший, вел добродетельную жизнь, был образцовым гражданином общества. А другой до старости продолжал совершать неблаговидные поступки.

Старший говорит младшему: Ты же позоришь меня! Да и когда ты умрешь, никто не придет на твои похороны!

А младший отвечает: Нет брат! Когда я умру, на мои похороны придет больше народа, чем на твои.

Старший спрашивает: Почему?

- А потому, - говорит младший, - что на мои похороны придут ради тебя. А на твои похороны ради меня никто не придет.


А анекдот о том, как один проходимец представился наивной женщине идущим на тот свет, попал в сборники Чеченского фольклора.

Речь в нем шла о том, как простодушная женщина дала хитрецу деньги, чтобы тот отнес их на тот свет и передал ее отцу...

И, когда вернулся домой ее муж, рассказала ему, что она сделала так и так.

Муж спросил во что он был одет, и в какую сторону пошел тот человек. Она сказала во что он был одет, и указала в какую сторону тот пошел, и он поскакал искать его.

Тот человек, говорят сменил одежду, и к тому времени когда муж его настиг, сидел у мечети. Муж говорят спросил у него, не видел ли он человека, одетого в то-то и то-то. Тот ответил, что тот только что зашел в мечеть.

Муж говорят попросил его подержать коня и зашел в мечеть, а проходимец, не долго думая сел на его лошадь и ускакал. И, когда муж вернулся домой без коня, жена говорят спросила его, где его конь.

На что муж говорят ответил, что тот человек сказал ему, что ее отец на том свете ходит пешком, и что он отдал своего коня тому человеку, чтобы он передал его, ее отцу.


Темы смеха и смерти в Чеченской культуре сближены, в частности, наверное потому, что созвучны слова, означающие смеяться (вела) и помирать (вала).

Юмор на смертном одре Чеченцы ценят за то, что он снимает с людей тяжелую психическую нагрузку.

О таких людях, которые смешат людей говорят, что они непременно в рай попадут.

В культуре смеха есть важное, но на поверхности не лежащее обстоятельство: смех в своих сокровенных истоках связан с зарождением жизни.

Например, у якутов считается, что женщина, рассмеявшаяся на празднике, обязательно забеременеет.

Праздник, собственно, и есть в своей сущности ритуальное порождение жизни.

У Чеченцев же, даже смерть в своем неотвратимом приходе побеждается жизнью.


Отметим еще и такое наблюдение.

У этого народа, как и повсюду, есть эротический юмор. Но он не бывает грязно-сексуальным. Вопрос женской чести первейший.

Недаром Чеченцы говорят, что Сий (Гордость, Достоинство и Честь) своих женщин мы высоко над своей головой держим.

Но, как утверждают те же Чеченцы, женщины в девять раз хитрее любого мужчины.


Вот пример. Одна супруга сказала мужу, что докажет, что он глупее ее. И когда он пахал, она подложила в борозду рыбу.

Муж нашел рыбу. Принес домой и велел приготовить к тому времени, когда он вернется.

Муж возвращается, требует приготовленную рыбу, а жена говорит, что не знает ни про какую рыбу. На шум пришли соседи. Муж им объяснил все по порядку, как было дело.

Но соседи молча разошлись, как-то жалостливо на него глядя, дескать спятил мужик: говорит, что рыбу плугом выпахал.


Как бы там ни было, женский ум может и выручить мужчину, и испортить ему жизнь.

В одном селе рассказывают такую историю. Очевидно, она очень древняя.

В те времена справляли еще праздник женщин. Вот к этому празднику мужчины решили построить и подарить женщинам мельницу.

Самое примечательное в повествовании то, что эту мельницу они, вроде бы по неразумности своей, расположили на горе.

Но во всем мире, в том числе и у Чеченцев, мельница несет эротическую символику. Слово мельница (хъайр) входит в число табуированных слов, которые нельзя произносить, выходя из дому в дорогу: здесь мельница означает по противопоставлению с домом мир эротический, неосвоенный, дикий.

В излагаемой истории архаический момент в отношениях полов выражен явно.

Вот и в свидетельствах древних греков об амазонках говорится, что они всходили на гору для общения с Гаргареями, предками Вайнахов.

После этого женщины, забеременев, покидали мужчин.

Момент ритуального разделения полов есть и в данной истории, изложение которой мы продолжаем.

Итак, мужчины тайком от женщин строят мельницу.

Одного из них, когда он, усталый пришел с работы, жена стала выспрашивать. И добилась своей лаской, что он признался в том, что они строят на горе.

Она в изумлении задала ему вопрос: А как вы туда воду проведете?

На следующий день, когда этот мужчина пришел на стройку, работал он с неохотой, так как уже знал, что ничего не получится.

Его товарищи спросили у него: В чем дело?

Он ответил вопросом: А как мы сюда воду проведем?

Мужчины говорят ему сказали: Ты проболтался жене. Сам бы ты ни за что не догадался до этого.

Несмотря на такие дошедшие до нас отголоски амазонского мифа, Чеченский юмор очень слабо подчеркивает различия в половом поведении: здесь почти нет скабрезных анекдотов или анекдотов о супружеской неверности.


Есть смешная пословица: Когда сам ешь, живот болит. Когда другие едят душа болит.

Под стать ей пословица о ритуальной трапезе мовладе: В чем его достоинство? Едоков много, а еды мало.

О жадных хозяевах есть такие шутки. Жена говорит мужу: Как красива спина уходящего гостя.

В другом варианте хозяин произносит тост: Давайте выпьем за гостя, который не задерживается надолго.


В Чечне есть целый цикл о мудростях Болы муллы из Элистанжи. К нему пришел человек и спрашивает: Разрешено ли курить?

Бола ответил: Точно не знаю. Но да не останется тот, кто курит, без табаку!

По другой версии позиция Болы оказалась определеннее. На вопрос о курении он ответил: Если бы Бог создал человека для курения, то на его голове устроил бы трубу.


Нравы советских лет нашли себе законное место в юморе Чеченцев. Старик спрашивает у расхитителей районного масштаба: Под знаменем марксизма-ленинизма куда вы товар деваете, который в райпо (потребительская кооперация) поступает?

То ли шутку, то ли правду Чеченцы рассказывают о том, как первый секретарь райкома КПСС убеждал, чтобы его не смещали: Я и сам сыт. И детей устроил. А новый приедет голодный, и начнет воровать еще больше. Районы называют разные.


Очевидно, история повторяется. Естественно, легче всего подшутить над горцем ламоро, скажем, впервые попавшим в большой Грозный. Но один горец так остроумно отреагировал по поводу подобных попыток: Есть люди, которые пораньше с гор выехали, а теперь пытаются туда мусор мести. Не думают, что он может на них посыпаться.


Этнический юмор Чеченцев тоже незлобив. Как выглядят русские в зеркале Чеченского юмора?

У Болы из Элистанжи один парень спрашивает: Что будет, если я женюсь на Русской?

Бола отвечает: Трудно сказать, но три раза в день щи ты будешь есть точно.

О встрече Русского с Грузином есть такой анекдот.

Идет Грузин, несет два больших арбуза, и чувствует, что ширинка у него расстегнулась, и штаны вот - вот сползут. Тут встречный Русский спрашивает Грузина, где находится железнодорожная станция.

Грузин, несший два арбуза, говорит: На, подержи их.

Затем освобождает руки, застегивает ширинку, поднимает их вверх и восклицает: Вах! Откуда я знаю!?

Этот анекдот Чеченцы любят рассказывать, может быть, потому, что сами-то все-таки жестикулируют мало.


А вот этнический юмор, направленный на самих себя.

Чеченец, Армянин и Грузин поспорили, кто научит волка говорить.

У Грузина и у Армянина, говорят ничего не получилось.

А Чеченец взял плеть, ударил волка и спросил: Нохчо вуй? (Ты чеченец?)

Волк завыл: Ву-у. (то есть – Да).


Надеюсь, что читатель получил представление о склонности Чеченцев к юмору, о его характере, где очень ощутима лингвистическая подоплека. Нет здесь и эротических сальностей.

Чеченский мерцающий юмор люди часто высказывают с совершенно серьезным лицом. Хохот слышен редко.

О пустом смехе есть поговорка: Имеющий во рту золотой зуб охотно смеется.

Но юмор пронизывает всю жизнь. Он может сверкать даже в самых трагических ситуациях.

Да и Всевышнему это не чуждо, ибо пословица гласит: Когда обворовали вора, Бог рассмеялся.


"Чеченцы высокого роста, с резкими чертами лица, быстрым решительным взглядом. Они поражают своей подвижностью, проворством, ловкостью.

На войне они кидаются в середину колонны, начинается ужасная резня, потому что чеченцы проворны и беспощадны как тигры.

Кровь опьяняла их, омрачала рассудок, глаза их загорались фосфорическим блеском, движения становились еще более ловки и быстры; из гортани вылетали звуки, напоминающие скорее рычание тигра, чем голос человека"

(В.А.Потто, "Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях", т. 2, С-Пб, 1887)


"Относительно происхождения чеченцев еще существует самая глубокая тьма. Их считают древнейшими обитателями Кавказского полуострова, которые сохранили первобытные обычаи и воинственный дух древних, и еще даже теперь, как во времена Эсхила, они "дикие толпы, страшные в шуме своих бряцающих мечей"

(Мориц Вагнер, "Кавказ и земля казаков с 1843 по 1846 г.", Лейпциг, 1846)


"Чеченцы, бесспорно, храбрейший народ в Восточных горах. Походы в их землю всегда стоили нам кровавых жертв. Но это племя никогда не проникалось мюридизмом вполне.

Из всех восточных горцев Чеченцы больше всех сохранили личную и общественную самостоятельность и заставили Шамиля, властвовавшего в Дагестане деспотически, сделать им тысячу уступок в образе правления, в народных повинностях, в обрядовой строгости веры.

Газават (война против неверных) был для них только предлогом отстаивать свою племенную независимость"

(Р.А.Фадеев, "Шестьдесят лет Кавказской войны", Тифлис, 1860).


''... Способности этого племени вне сомнений. Из кавказских интеллигентов есть уже много Чеченцев в школах и гимназиях. Где учатся они - ими не нахвалятся.

Те, которые высокомерно унижают непонятного горца, должны согласиться, что разговаривая с простым Чеченцем, чувствуешь, что имеешь дело с человеком чутким к таким явлениям общественной жизни, которые почти недоступны нашему крестьянину средних губерний''

Немирович- Данченко. Вдоль Чечни.


''Чеченцы, великолепные наездники могут преодолевать за одну ночь 120, 130 или даже 150 верст. Их кони, не сбавляя шагу всегда галопом, штурмуют такие склоны, где казалось бы не пройти и пешему.... Если впереди лежит расщелина, которую не решается преодолеть сходу его конь, Чеченец закутывает голову скакуна буркой и, доверив себя Всевышнему, заставляет иноходца перепрыгивать через пропасть глубиной до 20 футов''

А. Дюма Кавказ (Париж, 1859)

Переходим на следующую страницу: Высказывания о Чеченцах в разные времена - часть 3


Назад   Вверх   На главную  На следующую

01.11.2010